Интересно взглянуть на родной город глазами незнакомца, а когда этот незнакомец — профессиональный антрополог, работающий в сфере изучения городской среды, взгляд становится особенно глубоким и многослойным. Сегодня мы рассмотрим, как Сергиев Посад увидел Никита Петров, эксперт РАНХиГС, руководитель магистратуры «Городские культуры» и наставник студенческих экспедиций в рамках всероссийской программы «Открываем Россию заново». Информацию об этом исследовании можно найти в Газете Вперёд.
— Никита, когда вы впервые оказались в Сергиевом Посаде?
— Впервые я приехал сюда в прошлом году по приглашению Фонда развития Сергиева Посада, чтобы вместе со студентами исследовать город. У меня есть профессиональная тактика: я сознательно ограничил свой кругозор Служней слободой (территория от улицы Карла Маркса до Сергиевской. — Ред.). Мне не хотелось быть туристом одного дня, который пробегает по всем достопримечательностям, чтобы потом уехать, не успев прочувствовать место. Я знал, что здесь есть «градообразующее предприятие» — Лавра, знал про игрушку, матрёшку, Хотьково и Абрамцево. Но при этом сознательно отгораживался от главных туристических мест, чтобы не создавать поверхностных впечатлений.
— Ваше знакомство с городом начиналось со Служней слободы. Какими были первые впечатления?
— Мне нравится познавать города телом и чувствами, так сказать, через мультисенсорную этнографию: через ходьбу, прикосновения, звуки и запахи. И тело мне подсказало: это очень ландшафтный город. Несмотря на компактность — из одной точки в другую можно дойти за 5–15 минут, — ты постоянно то поднимаешься, то спускаешься. Это невероятно. Второй момент — заборы здесь стоят очень близко к домам, скрывая от посторонних глаз наличники, окна и повседневный быт горожан. Центральная часть города словно стремится защититься от назойливого туриста, открываясь лишь тем, кто готов замедлиться и присмотреться к деталям.
— В Лавру в прошлом году так и не зашли?
— И в этом пока не зашёл. Жду своего часа. Я хожу рядом: посмотрел Конный двор, Белый пруд, наблюдаю за людьми. Мне интересно, как они взаимодействуют с пространством. Удивительно наблюдать, как меняется ритм человека: когда он приближается к Лавре — он ускоряется.
— Чем обоснован такой подход: начинать не с главного, а с деталей? Что это даёт исследователю?
— Это попытка сбежать из матрицы, когда город сразу предлагает всё самое вкусное, оставляя то, к чему сразу нельзя прикоснуться, на потом. Мне интересно подбираться к центру разными путями, чтобы увидеть ценность в окраинах и неочевидных районах. В финале, когда мы со студентами соберём все эти узлы и линии воедино, получится настоящая карта настоящего города. Я искренне уверен: Сергиев Посад ценен не только Лаврой. Она — зонтик, под которым прячется всё остальное, но город гораздо многограннее.
— В этом году вы со студентами изучаете Красюковку и Рыбную слободу. Каким город открывается вам в этот раз?
— Красюковка — совершенно невероятное место, своего рода потерянный рай Мильтона. А Рыбная слобода, или, как её ласково называют, Рыбинка, — как старый чулан, где скрыто множество интересных слоёв и артефактов. Последние несколько лет Красюковка благодаря работе экскурсоводов, таких как Миша Семёнов, оказалась в центре внимания. Любопытно наблюдать, как местные жители начинают осознавать ценность своего района. Если раньше это место воспринималось исключительно через призму детского счастья, вольготной жизни и обычного ритма повседневности — приехать к бабушке, провести свободное, беззаботное лето, просто жить и работать, то сейчас отношение к пространству меняется. Люди начинают понимать, что их дома обладают непреходящей ценностью, связанной с именами Розанова, Бабеля и других знаковых фигур.
— А что даёт такое осознание ценности места жителями?
— Знаете, есть теория разбитых окон: если в здании разбить одно окно, вскоре будут разбиты и остальные. Но работает и обратный принцип: если облагородить хотя бы один фасад или придомовую территорию, соседи тоже начинают подтягиваться, стремясь привести свои участки в порядок. В Красюковке я вижу именно этот процесс, и он меня очень радует.
— Какими методами вы пользуетесь? Вы общались с местными жителями?
— Безусловно. Мы используем целый комплекс методов: включённое наблюдение, этнографические прогулки и глубинные интервью, ментальное картирование, цифровую этнографию.
— Как жители Красюковки реагировали на то, что к ним приходят незнакомые люди и задают вопросы?
— Мне кажется, они уже привыкли к тому, что время от времени появляются группы людей, которые с любопытством заглядывают за заборы. К тому же они предупреждены о работе исследователей, поэтому почва здесь уже подготовленная. С Рыбной слободой ситуация иная. Она воспринимается горожанами как «переходная зона» между районами. С одной стороны — благоустроенная Звёздочка с её специфическим заводским габитусом (если метафорически использовать антропологический термин для описания образа жизни и мышления). С другой — железная дорога, отделяющая Рыбную слободу от остального города. Для многих это просто транзитная улица, по которой ездят, а не пространство для жизни. Но стоит зайти вглубь, в маленькие переулки, как открывается та самая жизнь «старого чулана». Это не центр, а своего рода сумеречная зона, которую хочется изучать, а потом бережно и этично сохранить, чтобы увидеть всю глубину, скрытую за фасадами.
— Какие резервы для развития города вы увидели? Что стоит изменить, а что — оставить как есть?
— Проблема мусора стоит достаточно остро: город популярен, через него проходят оживлённые трассы, поток людей огромен. Я каждый день наблюдаю одну и ту же картину в Служней слободе: потрясающая детская площадка буквально завалена пластиковыми и стеклянными бутылками и банками. Я здесь уже четвёртый день, и количество отходов не уменьшается — площадка превратилась в своего рода «арт-объект», к которому все привыкли и относятся с пугающим равнодушием. Конечно, нужны и базовые элементы благоустройства — например, тротуары на Рыбной улице, которых там явно не хватает. Мы обязательно подготовим рекомендации и планы развития, но наш подход — не радикальные перемены, а рекомендации к бережному, постепенному преобразованию пространства. Не нужно ломать всё до основания: важно бережно работать с тем, что уже есть, делая изменения плавными и постепенными. Важно делать это шаг за шагом, в первую очередь ориентируясь на самих жителей, а не на туристов.
Исследования Сергиева Посада продолжатся и в следующем году. Студенты под руководством Никиты Петрова продолжат «читать» город, слой за слоем снимая привычные туристические клише и открывая настоящий, живой Сергиев Посад — город, который не спешит раскрывать все свои тайны сразу, но щедро вознаграждает тех, кто готов изучать его с любовью и вниманием.
Екатерина Белякова