Иван Ганин, имеющий образование учителя математики, нашёл своё призвание в цифровом искусстве, которое кардинально отличается от традиционного понимания искусства. Его путь в эту сферу начался с организации выставок для городского сообщества художников «Вернижас», что является игрой слов от «вернисаж». Постепенно Иван почувствовал необходимость не только в координации, но и в создании произведений искусства. В результате он стал признанным диджитал-художником и активно участвует в крупных выставках цифрового искусства. О будущем художников в условиях стремительного развития цифровых технологий мы обсудили в нашей беседе, опубликованной в газете Вперёд.
— Иван, расскажите о выставке, в которой вы недавно участвовали в Екатеринбурге.
— Это был фестиваль цифрового искусства «Игра. Цифра. Искусство». Я представил работу «Монолиты» — совместную медиаинсталляцию с художницей Ниной Маловичко. Она отсылает к монолитам из культового фильма Стэнли Кубрика «Космическая одиссея 2001», а также к Стоунхенджу и другим культовым постройкам. Древние цивилизации использовали архитектурные объекты для осмысления окружающего пространства и законов космоса. Блуждая между нашими монолитами, зрители чувствуют силу нового цифрового «культа». Однако этот фестиваль прошёл довольно давно — в апреле. А один из моих последних проектов был реализован в нашем округе: это была выставка в Абрамцевском колледже по итогам курса «Мастерская медиа-арт».
— Я понимаю, что такое классическая живопись: это холст, это масло. А у вас что?
— Это может быть и холст, и масло, и декорации, но всегда с использованием компьютерных технологий, искусственной и дополненной реальности, а также роботизированных устройств, управляемых с компьютера.
— Зачем такой курс в институте, который готовит художников по традиционным программам?
— Это направление набирает популярность. Например, в МИСиС есть отделение арт-тех, и в других вузах появляются отделения арт-диджитал. Студентам Абрамцевского колледжа было интересно и полезно познакомиться с основами цифрового искусства. Очевидно, что без новых компьютерных технологий и нейросетей не обойтись. Это уже наше настоящее и будущее.
— Как вы пришли к цифровому искусству?
— Я по образованию учитель математики, и это, безусловно, повлияло на меня. Я занимался многими вещами, в том числе музыкой. Несколько лет назад, когда в стране была мода на IT, я подумал, что и мне стоит восстановить свои знания. У меня остались некоторые знания с института, и математика помогла мне восстановить их. В тот момент я уже организовывал выставки, дружил с художниками и хотел сам заниматься творчеством. Так я совместил программирование и творчество. Для меня диджитал-искусство стало новым средством осознания действительности — это ещё один медиум искусства, как живопись или театр, но с новыми возможностями.
— Вы состоите в Союзе художников?
— В Союзе художников пока нет отделения цифрового искусства. Но я уверен, что это вопрос времени, это неизбежность.
— Как вы думаете, цифровое искусство вытесняет классическое или дополняет его?
— Оно дополняет, это точно. На сегодняшний день с чистым цифровым искусством «поднаигрались». Сама по себе технология может быть впечатляющей, но этот подход уже немного устарел. Мы живём в эру смены технологических эпох, в том числе и в искусстве. Выиграют те, кто будет совмещать цифровую и аналоговую реальность и делать это искусно, потому что в цифровом искусстве всегда есть риск свалиться в демонстрацию технологий. Уже сейчас особенно ценится, когда художник сочетает традиционный подход с новым.
— А вы лично какой традиционный подход используете? Внедряете ли в свои работы элементы нашего культурного кода, например, матрёшек и куполов?
— Я часто создаю инсталляции, используя в качестве декораций реальные здания или помещения. У меня нет проектов, выполненных полностью в цифре. Например, в позапрошлом году мы работали в музее Флоренского, на его развалинах. Мы специально разрабатывали проект под это пространство, делали проекции на стены и проводили перформансы. Большая часть участников проекта были обычными художниками, которые предоставляли свои работы и создавали декорации. Обычно крупные проекты делаются командой, а не одним человеком. То есть я не просто снял кино об истории Павла Флоренского, мы взяли действующую архитектуру и вписали в неё наш проект так, что он буквально сросся с ней. Несколько похожих проектов мы делали в подвале НИИ игрушки.
— Вы подали заявку на конкурс в Питере под названием «Страна света», верно? Какова тема вашего проекта?
— Да, я написала проект, где хочу использовать образы нашего города. Это связано и с творческой задачей — представить свой город. Честно скажу, результатов пока не было, так что не знаю, пройду ли я дальше.
— Сложно ли выставляться и участвовать в фестивалях диджитал-художнику в современном мире?
— Непросто, и это естественно. Обычно на опен-коллы приходит по 200-300 заявок, а выставляется всего 10-30 художников. Получается конкуренция 1 к 10. В России существует около десяти крупных фестивалей, а художников значительно больше. Для авторов это серьёзное психологическое напряжение, однако такая конкуренция двигает искусство вперёд. В настоящее время я готовлюсь ко второму этапу фестиваля «Игра. Цифра. Искусство», который пройдёт в Челябинске. Первый этап, как я уже говорил, проходил в Екатеринбурге.
— Да, с этого мы начали нашу беседу, на этом и закончим. Хотя пока непривычно воспринимать «цифру» как искусство, это скорее вопрос времени. Я уверена, что наша беседа заставит молодых и творческих людей задуматься о том, куда двигаться, чтобы быть успешными.
Беседовала Екатерина Белякова